Стратегия как искусство. Попытка осмысления

Михаил Емельянов

Стратегия как искусство подразумевает способность, умение делать из победы – поражение, а из поражения – победу. То есть речь идет о трансформах. В Школе «Восхождение» различают два вида трансформ: повышающие эффективность – сделать из малого большое и понижающие эффективность – сделать из большого малое. Пожалуй, можно найти и другие виды трансформ. Но для начала достаточно разобраться хотя бы с этими двумя.

Подобно этому, в боевых искусствах начинающий изучать такой вид оружия, как палка (шест) сначала осознает, что у палки есть один конец – тот, которым он бьет противника. Однажды начинающий выясняет, что у палки есть еще и другой конец, тот за который он держит шест, и который может ударить его самого в грудь, если противник захватит ударный конец палки.

Затем можно прийти к тому, что у палки три «конца» — два по краям и середина. Это открытие резко повышает эффективность шеста, так как теперь у него появляется два ударных конца, ведь держать шест можно за середину.

Мастер может прийти к пониманию, что у палки вообще много концов и тогда он, возможно, достигает того состояния, которое Сунь Цзы называет непобедимостью.

Подобным образом, начинающий изучать И-Го сначала видит только свои камни, которые он куда-то ставит. Видеть камни противника на доске – это трудная задача. Видеть означает думать о них, изучать их, занимать ими своё сознание. Тот, кто видит свои и чужие камни уже способен видеть в объеме.

Опыт проведения корпоративных тренингов по Стратегическому Го показал, что видеть себя (свои камни) и тем более видеть чужие камни – это способность, которой необходимо учиться. Правда, такая необходимость почти никогда не осознана. Считается, что этому учиться не надо. И это миф «обывателя», с которым нужно бороться.

Лишь по прошествии довольно долгого периода времени можно подвести человека, изучающего И-Го, к следующей ступени. Кроме своих и чужих камней есть еще и пустота, пространство игры, так сказать третий цвет – цвет игрового поля, который также участвует в игре.

Работа с этим невидимым цветом, так сказать «невидимым» концом палки – серединой – требует большого усердия. Человек может вообще закрыться для обучения на этом этапе, столкнувшись с непониманием, со сложностью такой работы.

Со временем человек, достигший черного пояса по И-Го способен прийти к тому, что «объектов игры», «концов» палки в И-Го много. И задача Мастера в том, чтобы искать и находить всё новые плоскости анализа, новые горизонты, новые способы понимания того, что происходит на игровом поле.

Поэтому в Школе «Восхождение» и говорят о том, что стратегия – это поиск, что стратегия – это попытка.

Обыватель считает, что попытка – это для слабых. А сильный может просто сделать, а не «унизительно» пытаться. Однако, это еще один обывательский миф.

Обычно любой проект приходит не в ту точку, которая проектировалась как результат проекта. Эта закономерность нашла своё отражение в известном Законе Черномырдина «Хотели как лучше, а получилось как всегда».

Поэтому, когда говорят о том, что стратегия – это попытка, то имеют в виду попытку всё же достичь искомой точки результата, приблизиться к ней настолько, насколько это возможно.

Трансформы. Возможно, это понятие не очень ясное. Возьмем пример из области искусства, например, актерское мастерство. С одной стороны сам актер делает над собой трансформу, играя какую-то роль. Но в чем результат актерского мастерства? Не в том ли, чтобы с помощью своей игры изменять души многих людей, наблюдающих актерскую трансформу? Если так, то тогда уместно говорить о производстве из малого – актерской трансформы – большого – изменения многих людей. Не в этом ли высокое предназначение искусства?

В этой связи можно критически взглянуть на так называемую идею «самовыражения» в искусстве. Не происходит ли здесь подмены? Если самовыражение полагается как конечный результат, то искусство не работает. Его и нет, так как нет производства из малого большого.

Самовыражение в природе – это пустоцвет. Как бы «красиво», но бесполезно. Любопытно, что в искусстве И-Го есть формула – красиво то, что полезно, то есть то, что приносит пользу. И так оно и есть на самом деле, даже с точки зрения визуального восприятия.

Так же как результат актерского мастерства лежит вне актера, он лежит в зрительском зале, также и результат И-Го лежит вне игрового поля. Почему эта простая мысль блокирует сознание многих людей? Не потому ли, что в наше время почти всякое искусство суррогатно? Оно часто является «пустоцветом» и не способно производить из малого большое, наоборот проедая время и деньги и разлагая, а не созидая. «Простроенная схема» переносится и на всякую деятельность человека. Производство из большого – малого возведено в принцип и стало объемлющей рамкой действительности.

По мнению Школы «Восхождение», задача искусства стратегии в том, чтобы двигаться в противоположном направлении: производя из малого – большое, делая из поражения – победу. Но, чтобы сделать из поражения – победу, необходимо знать и победу, и поражение. Здесь проходит черта различения между стратегическим искусством и так называемым «соревновательным» подходом к делам, при котором поражение за результат не признается.

Такой соревновательный подход характерен для многих видов деятельности в наше время. Это и конкуренция в бизнесе, и спорт высоких достижений. Словосочетание «искусство поражения» звучит для современного человека, по меньшей мере, странно. В чем же тут искусство?

Трудно сказать, от чего в западной культуре проигрыш, поражение имеет статус неприемлемого, чего-то плохого. Возможно, что такой подход к поражению возник в результате девальвации ценностей христианства, которое так и не было до конца осмыслено западной цивилизацией. К базовым идеям христианства намного ближе слова древнекитайского стратега Лао Цзы о том, что «Мягкое преодолевает твёрдое, слабые побеждают сильных».

Однако исключение поражения, как результата деятельности влечет потерю целостности и искажение корневых принципов стратегии. Неспроста в И-Го, которое Делёз и Гваттари в книге «Капитализм и шизофрения» называют чистой стратегией, неспроста в И-Го поражение всегда имеет результат, кратный результату победы, соизмеримый с ним. Оба результата выражены в количестве территории. В этой связи интересно задуматься над тем, почему в шахматах результаты партии несоизмеримы, так как жизнь не кратна смерти.

27.08.2007 г. http://tuan.weiqi.ru/2007/08/27/1/comments

И и соперничество между конфуцианцами и Даосской школой стратегии

М. Емельянов


И и соперничество между конфуцианцами и Даосской школой стратегии (из книги Питера Шотвелла «Гипотезы происхождения Го и символизм Древнего Китая»)



Конфуций (551-479 до н.э.) и его последователь и интерпретатор Менцзы (371-289 до н.э.) И недолюбливали. Они рекомендовали аристократам из своих учеников и работодателей воспринимать И как занятие не лучшее, чем бездумно валяться с набитым брюхом. Менцзы писал, что И равнозначно пьянству и растлевает молодежь.

Наиболее влиятельным оппонентом учения Кунцзы, готовым бросить ему вызов (в период «расцвета 100 школ» во времена Воюющих царств) была Бинь Цзя, Школа Стратегии, иногда называемая «Школа грома». Будучи в союзе с легистами Хань Фей Цзи и Моистами (специалистами по защите городов от осады и создателей языковых головоломок), Школа Стратегии была известна как «Темный путь» или «Путь обмана» (в современном названии – Даосизм). Известно, что более 70% всех текстов Школы (включая Дао дэ цзин) были секретными текстами-инструкциями, часто написанные непонятным и символическим языком, которым пользовались военные философы-стратеги, чья философия сильно отличалась от западного представления о даосизме.

Исследования Чада Хансена и других показывают, что поначалу, конфуцианцы были востребованными советниками для аристократических семей мелких княжеств в период Воюющих царств. А Моисты, легисты и даосы в первую очередь сотрудничали с метрополией и центральной империей. Это легист Хань Фей Цзи предложил Цинь Ши Хуану использовать даосские «горизонтальные и вертикальные союзы», чтобы положить конец Воюющим царствам и объединить Китай в 221 году до н.э. Цинь Ши Хуан построил Великую стену и приказал сжечь все книги, кроме Книги Перемен. В основном пострадали сочинения не легистских школ.

Конфуцианцы были против основания ханьской империи на руинах империи Цинь. Однако, императоры Хань быстро осознали выгоду учения Кун цзы, в котором защищались повиновение и лояльность, и стали развивать конфуцианство.

Лао цзы — стратег, философ,
 автор трактата «Дао дэ цзин»

Напротив, даосские генералы и политические лидеры, такие как Сунь цзы, написавший «Искусство войны» и другие мистифицированные герои были вдохновителями и идеалом стратегических методов многих китайских бунтов и восстаний, включая восстание Белых и желтых повязок.

Немудрено, что конфуцианские историки враждебно писали о даосизме, описывая это учение как непонятную и мистическую религию природы. Именно такое впечатление о даосизме было передано в 17 веке на запад миссионерами, посетившими Китай.

Ученые конфуцианцы высмеивали даосские, легисткие и моисткие сочинения, называя их подделками, исполненными обмана и зла. Даже когда эти сочинения были обнаружены в подлинниках, их авторы были высмеяны как нанятые писаки, распространители учения женоподобного обмана, недостойного мужчины.

К 200 году н.э. императоры Хань заметно сократили влияние учения даосизма в пользу теории единой государственной религии с высшим духовным лидером-императором, который мечтами управляет поднебесной. Государство было построено по жесткой иерархической модели, как того хотели императоры Хань.

Однако к середине 4-го века отдельные части даосизма стали вливаться в конфуцианство. Примерно в это же время в Китае начал распространяться буддизм. Однако, в целом даосизм и конфуцианство – это учения во многом с противоположными взглядами на мир.
Тогда как конфуцианство сосредотачивалось на социально ответственном поведении по отношению к семье и государству, даосизм был практикой торговцев и тех, кто имеет дело с чужестранцами, которым нельзя доверять. Даосизм предлагал систему стратегий поведения, применимых не только на войне, но и для бизнеса, правления и даже для организации ночлега.

Идея школы Темного пути о поиске счастья самым коротким путем превратилась в поиск самого эффективного пути деятельности. Всё это не было связано с идеей гармонии Инь и Ян или соединения в Едином, как учили конфуцианские интерпретаторы. Скорее наоборот, главной идеей даосизма было то, что Инь и Ян находятся в постоянном дисбалансе и движении. Единого Дао не было, однако можно было достичь проницательности, чтобы познать множество форм дао или «путей», которые позволяли извлечь выгоду от постоянно дисбаланса и изменений.

Поэтому многие писатели-конфуцианцы времен Хань выражали своё мнение об И подобно следующей цитате Ян Сиона (VI в.): «Некоторые полагают, что уголовное право подобно Дао, потому что оно естественно. Но я говорю, что уголовное право подобно Вейчи, как заговоры и волшебство, которые обманывают глаз, хотя они, конечно, естественны. Но при этом есть еще истинное Дао, о котором и стоит говорить, а все эти практики содержат в себе извращенное Дао».

В 3-м веке конфуцианец Ван Яо писал: «Все пределы преступлены, люди делают ставки даже одеждой и личными вещами… от долгой игры портится характер: честность и искренность теряются, а проявляются раздражительность и даже жестокость… игра не включена в Шесть Искусств… Мошенничество и обман возведены в принципы игры, используются нечестные правила, включая такие термины как вторжение (цзие) и убийство (ша), что противоречит принципам человечности. И наконец, потраченное время на игру, вместо занятий своим делом не приносит никакой пользы. Какая разница между расстановкой камней на поле и просто бросанием камней? Где мы можем найти соответствие между доской для И и государством, трёхстами камней и армией из тысячи солдат? Императорские одежды, колокольчики и музыкальные камни намного ценнее, кто бы их обменял на камни для И?»

Опубликовано: http://tuan.weiqi.ru/2006/10/06/1/comments

Вьетнамское Го. (Исследование К.Байрактарова)

Цитата: "Умение играть в Го является вопросом чести, достоинства, престижа, “сохранения лица”. Есть много историй о игроках, королях и посланниках.

С эпохи правления династии Ле Чунг Хынг (1533-1788) сохранилась очень интересная история о короле Вьетнама (Дайвиет) и посланнике Китая. Посланник Чан был очень горд своими способностями в игре Го. Однажды он пригласил короля за игровую доску, чтобы унизить его. Тогда король обратился за помощью к Ву Хыену (1670-?), который занимал высокую государственую должность и был известен при дворе как сильный игрок в шахматы (ко-тыонг). Игра с китайским посланником была назначена на обеденное врямя в Зале Дракона. Ву Хыен, одетый как обыкновенный слуга, держал зонт, чтобы защитить короля от солнца во время матча. Но в зонте была маленкая дырочка, которая пропускала солнечный свет. Ву Хыен подсказывал королю его ходы, указывая ему солнечным лучом. Король выиграл три игры подряд, и китайский посланик был очень изумлен. Ву Хыен сберег честь короля и страны и получил прозвище “Самый сильный игрок в Го” (Dau Ky Tran Nguyen) – виртуоз в Го, эксперт [29]. Умения Ву Хыена в игре Го до этого дня не афишировались. Если бы он был известен как игрок в Го, тогда это могло вызвать сомнения у китайского посла по отношению к слуге, который держал зонт. Ву Хыен был признан мастером Го, подобно тому, как в Средневековой Японии Хонинбо Сансы (1558-1623) был удостоен сегуном Одой Нобунагой (1534-1582) званием мейдзина (виртуоза)." Конец цитаты

Интересно?

Мне кажется "да". Рекомендую:
Это отрывок из работы Болгарского философа Константина Байрактарова "ИГРА ГО (КО-ВАЙ) ВО ВЬЕТНАМЕ". Обширная статья охватывает историю Го во Вьетнаме, историческое место ко-вай (вьетнамского Го) в культуре и литературе этой страны, современное состояние игры и её роль во вьетнамском обществе. Автор выдвигает несколько гипотез, делает ряд интересных выводов и предположений. Статья содержит также отдельный план обращенный к стратегическому Го, и обширную библиографию. :)

К.Э.Возников

Читать статью
Скачать файл

Статья Президента Федерации Го "И от Мастера Го" в журнале "Сообщение"

Опубликовано: http://federation.weiqi.ru/2006/12/30/1
Опубликовано в журнале "СоОбщение"

Андрей Степанов
советник Федерации Го
Декабрь 2006 г.


"Как вы, возможно, помните, в «Со-Общении» время от времени появлялась рубрика «Боевые искусства». И речь в ней, к удивлению многих, шла отнюдь не о способах применения ног, туловища, рук и предметов для достижения успеха в схватке в тёмном переулке или на татами. Речь в ней шла о применении головы в игре Го."

"При этом в раздел «Практика» наоборот — включены тексты о русской рассудительности. Причём — жёстко в контексте прикладных боевых искусств — т.е. фактически - физических спортивных единоборств. О них рассказывают признанные мастера - Александр Попов (стр. 43), Олег Чирков (стр. 48) и Максим Шатунов (стр. 52)"

Д. Петров, главный редактор журнала "Сообщение"

В этом триптихе-интервью мы говорим о трех понятиях: игре го, игре Го и искусстве И.
Разницу между этими понятиями легче ощутить, чем передать. Тем любопытнее увидеть, как они соединяются, разделяются и связываются человеком, свободно действующим во всех трех ипостасях. Этот человек – Игорь Гришин, мастер игры го, президент Федерации Го и Мастер Го.

Что такое игра го? Это одна из древнейших игр, более популярная в мире, чем шахматы – в основном за счет огромного количества игроков в азиатских странах. Уже несколько тысячелетий в го играют на доске, расчерченной в виде сетки 19 х 19, на которую по очереди ставят черные и белые камни одинаковой формы. Спортивные турниры по игре го собирают миллионные аудитории.

Го – это древняя игровая модель, обучающая находить пространство и овладевать территорией в безграничном поле пустоты и возможностей. Можно дать и другое определение: Го – это игра в преодоление смерти. Игра Го (где мы пишем название игры с большой буквы), будучи уделом аристократии, элиты общества, с древнейших времен выполняла коммуникационные функции. Играя в Го, люди знакомятся, обретают новые контакты и связи. Так как язык игры Го – это язык стратегии, то возможность мыслить в одинаковых категориях: территории и влияния, жизни и смерти, развития и упадка – позволяет найти общий язык и в обычном общении. Кроме того, обучение Го развивает способность понимать других людей, позволяет узнать скрытые аспекты своего характера и дает возможность исправить свой образ действий в повседневной жизни. А самое главное – Го позволяет говорить без слов об искусстве И.

Определим И как искусство целостного связывания мира. Это искусство связности, действующее с отношениями и кратностями. И – это сочинительный союз, поэтому искусство И связано с отношениями подчинения и сочинения. Как сочиняются камни, так сочиняется мир. Если владеешь искусством сочинения, то владеешь миром – или мир не владеет тобой, благодаря И.

О применении боевого искусства И говорится в древних притчах.
Однажды император собрался напасть. В тот день, когда войска должны были выступить в поход, он сказал Мастеру И:
– Ты тоже приготовься! Хватит тебе есть, спать и играть. Наш век – век меча, а не языка. Ты будешь вместе со мной в походе.
Как Мастер ни хотел, но отказаться от похода не смог. Наконец, он нашёл где–то лук и пришёл с ним к императору.
Император спросил:
– У тебя есть лук, но я не вижу стрел.
– Да, стрел у меня нет, – ответил Мастер И.
– Чем же ты будешь стрелять во врагов?
– Теми стрелами, которые они пошлют в нас.
– А если враги не будут стрелять в нас?
– Если враги не будут стрелять в нас, то и война не начнется. Зачем же тогда стрелы?

Об этом – беседа с тремя Игорями Гришиными: мастером игры го, Мастером Го и Мастером И.

Четвертый Путь вверх.

Глава 14 :http://sufism.ru/libr/txt/arlashin/14.htm
Анатолий Арлашин

Глава из книги "Четвертый Путь вверх", описывающая применение Го для расширения сознания.
Вся книга полностью: http://sufism.ru/libr/txt/arlashin/index.htm

Воспитание vs наказание

(об эффективности образования)

В Школе «Восхождение» считается, что плох тот ученик, который не может построить квадрат по стороне. Что означает эта формула? Она означает в первую очередь то, что в образовательном процессе Школы мы уделяем главное внимание производству учеником чего-то большего из получаемого в Школе материала, взращиванию ученика, его воспитанию.

Что несет в себе идея воспитания? Во-первых, это взаимное питание ученика и учителя. Учитель питает ученика, передает ему школьное знание, занимается образованием ученика. Ученик же питает учителя своим доверием, вниманием и любовью. Настоящее образование невозможно без любви ученика к предмету и учителю. Об этом говорили еще древние греки (Ориген, Платон, Августин и др.) .

Во-вторых, это длительное питание, повторяющееся из раза в раз. Главное, что в данном случае речь идет о питании ученика, то есть о его выращивании. Подобным образом земледелец выращивает пшеницу на поле, питая почву удобрениями и водой.

В привычной обыденности часто воспитание подменяется наказанием. Последнее предполагает не столько телесное наказание. На мой взгляд, наказ (русское слово наказ однокоренное с такими словами, как: указ, рассказ. Наказ означал в первую очередь наставление, а не причинение боли. Задумайтесь в этом контексте над фразой телесное наказание) – это и есть общепринятая форма образования в общеобразовательных школах современной России.

На чем построена эта система? Знание должно быть «вложено» в голову ученика, часто любой ценой. Не бывает ли так, что это «вложение» походит больше на «асфальтирование» сознания?

К чему может привести «асфальтирование» сознания – только к потере обучаемости. Если ученик выходит из школы необучаемым, то такая школа не является эффективной системой образования. Так как она, школа, заблокировала дальнейшее образование человека.

Почему система наказания вытеснила воспитание, хотя на основе последнего была построена и Академия Платона, и Школа Августина? Видимо, наказание — более простая и легче реализуемая система, чем воспитание. Так как при наказании такой фактор как любовь не обязателен. Обучить, наказывая, можно и насильно.

Обычно в скотоводческих сообществах, менее развитых, чем сообщества земледельческие, с помощью наказания или дрессировки обучаются животные. Пастух с кнутом и землепашец с плугом – это разные роли, не так ли?

У Школы «Восхождение» богатый опыт «воспитательной работы». Школа теряла учеников, которые не хотели воспитываться. Они требовали наказания, как более понятной и привычной для них системы образования. Ведь тогда можно просто закрыться – всё равно тебя «заасфальтируют» знанием!

Однако Школа принимает такие потери как вызов, который можно преодолеть. Продвижение идеи образования как воспитания Школа считает важной задачей. Мало того, мы стремимся воплощать такой подход на практике и считаем его более эффективной системой образования, чем общепринятое обучение-наказание.

Возможно ли изменить педагогический подход в российских школах? Такая возможность связана с изменением отношения самих педагогов к своему труду. В первую очередь необходимо осознание самой проблемы, различение между разными способами образования: воспитанием и наказанием.

Со своей стороны, Школа «Восхождение» готова делиться своим педагогическим опытом с теми, кому не безразлична судьба образования будущих поколений россиян.


М. Емельянов, 2007.